TOP 10 Аполлон Майков

Аполлон Майков
стихотворение
«В городце в 1263 г.»



                      Ночь на дворе и мороз.
Месяц - два радужных светлых венца вкруг него...
        По небу словно идет торжество;
В келье ж игуменской зрелище скорби и слез...

Тихо лампада пред образом Спаса горит;
Тихо игумен пред ним на молитве стоит;
        Тихо бояре стоят по углам;
Тих и недвижим лежит, головой к образам,
        Князь Александр, черной схимой покрыт...
Страшного часа все ждут: нет надежды, уж нет!
Слышится в келье порой лишь болящего бред.
        Тихо лампада пред образом Спаса горит...
        Князь неподвижно во тьму, в беспредельность глядит...
Сон ли проходит пред ним, иль видений таинственных цепь -
        Видит он: степь, беспредельная бурая степь...
        Войлок разостлан на выжженной солнцем земле.
                Видит: отец! смертный пот на челе,
                Весь изможден он, и бледен, и слаб...
                Шел из Орды он, как данник, как раб...
        В сердце, знать, сил не хватило обиду стерпеть...
        И простонал Александр: «Так и мне умереть...»

        Тихо лампада пред образом Спаса горит...
        Князь неподвижно во тьму, в беспредельность глядит...
        Видит: шатер, дорогой, златотканый шатер...
        Трон золотой на пурпурный поставлен ковер...
        Хан восседает средь тысячи мурз и князей...
        Князь Михаил перед ставкой стоит у дверей...
        Подняты копья над княжеской светлой главой...
                Молят бояре горячей мольбой...
        «Не поклонюсь истуканам вовек», - он твердит...
                Миг - и повержен во прах он лежит...
        Топчут ногами и копьями колют его...
        Хан, изумленный, глядит из шатра своего...
        Князь отвернулся со стоном и, очи закрыв,
«Я ж, - говорит,- поклонился болванам, чрез огнь я прошел,
                Жизнь я святому венцу предпочел...
                Но, - на Спасителя взор устремив, -
                Боже! ты знаешь - не ради себя -
Многострадальный народ свой лишь паче души возлюбя!..»
                Слышат бояре и шепчут, крестясь:
                        «Грех твой, кормилец, на нас!»

        Тихо лампада пред образом Спаса горит...
        Князь неподвижно во тьму, в беспредельность глядит...
        Снится ему Ярославов в Новгороде двор..
                В шумной толпе и мятеж, и раздор...
                Все собралися концы и шумят...
        «Все постоим за святую Софию, - вопят, -
        Дань ей несут от Угорской земли до Ганзы...
                Немцам и шведам страшней нет грозы...
                Сам ты водил нас, и Биргер твое
                Помнит досель на лице, чай, копье!..
        Рыцари, - памятен им пооттаявший лед!..
        Конница словно как в море летит кровяном!..
                Бейте, колите, берите живьем
                Лживый, коварный, пришельческий род!..
                        Нам ли баскаков пустить
                Грабить казну, на правеж нас водить?
        Злата и серебра горы у нас в погребах, -
                Нам ли валяться у хана в ногах!
        Бей их, руби их, баскаков поганых, татар!..»
        И разлилася река, взволновался пожар...
                Князь приподнялся на ложе своем;
                        Очи сверкнули огнем,
        Грозно сверкнули всем гневом высокой души, -
                        Крикнул: «Эй, вы, торгаши!
                Бог на всю землю послал злую мзду.
Вы ли одни не хотите его покориться суду?
Ломятся тьмами ордынцы на Русь - я себя не щажу,
                Я лишь один на плечах их держу!..
                Бремя нести - так всем миром нести!
        Дружно, что бор вековой, подыматься, расти,
                Веруя в чаянье лучших времен, -
                Всё лишь в конец претерпевый - спасен!..»

        Тихо лампада пред образом Спаса горит...
        Князь неподвижно во тьму, в беспредельность глядит...
        Тьма, что завеса, раздвинулась вдруг перед ним...
        Видит он: облитый словно лучом золотым,
                Берег Невы, где разил он врага...
Вдруг возникает там город... Народом кишат берега...
        Флагами веют цветными кругом корабли...
        Гром раздается; корабль показался вдали...
        Правит им кормчий с открытым высоким челом...
                        Кормчего все называют царем...
        Гроб с корабля поднимают, ко храму несут,
        Звон раздается, священные гимны поют...
        Крышу открыли... Царь что-то толпе говорит...
        Вот - перед гробом земные поклоны творит...
        Следом - все люди идут приложиться к мощам...
                        В гробе ж, - князь видит, - он сам...

        Тихо лампада пред образом Спаса горит...
                        Князь неподвижен лежит...
        Словно как свет над его просиял головой -
                Чудной лицо озарилось красой,
Тихо игумен к нему подошел и дрожащей рукой
                Сердце ощупал его и чело -
        И, зарыдав, возгласил: «Наше солнце зашло!»


* * *



 
Тексты произведений, фотографии, автографы и дополнительная информация к стихам
для нашего «Сборника», предоставлены литературным порталом «Стихи 19-20 веков»